В субботу, 26 марта, в помещении обкома КПРФ прошло первое заседание восстановленного после длительного перерыва городского дискуссионного клуба. Темой для обсуждения стали причины распада СССР (в связи с отмечавшимся 17 марта 20-летием со дня референдума о сохранении Советского Союза, на котором более 76% граждан проголосовали за единое государство). Участвовали в заседании около 30 человек, среди которых были как члены КПРФ, так и беспартийные, а также представители Евразийского союза молодёжи, под председательством секретаря Свердловского райкома КПРФ Александра Лукина.
Говоря о внешних причинах крушения советского государства, участники обсуждения нередко соскальзывали на современные события, в том числе ситуацию в Ливии, которая, подобно Советскому Союзу, подвергается расчленению со стороны западного капиталистического мира, только уже через открытую агрессию, а не только посредством «молекулярной войны».
Большинство присутствующих согласились с тем, что экономические проблемы, существовавшие в СССР, были вполне решаемы в рамках социалистического государства. Внутренние же причины его гибели лежали скорее в сфере идеологической надстройки. При этом высказывались различные позиции: часть участников сожалела о том, что среди советских лидеров после смерти Сталина не было крупных теоретиков, которые способны были творчески развивать марксизм-ленинизм, другие заострили внимание на вопросах религии и атеизма (идеалистический по сути характер советского общества противоречил материалистическим принципам, лежавшим в основе его идеологии).
Аспирант-историк Иркутского государственного университета Илья Воронов отметил, что аргументация многих из тех, кто сожалеет о развале СССР, зеркально повторяет аргументацию антисоветчиков, идеализирующих царскую Россию и проклинающих Октябрьскую революцию: мол, «пришли злые иудомасоны и всё испортили». На самом деле кризис был подготовлен задолго до перестройки и обусловлен несменяемостью партийной номенклатуры, её привилегиями и, как следствие, проникновением в её ряды огромного количества карьеристов.
Секретарь одного из первичных отделений КПРФ В.И. Кузнецов возложил долю ответственности за события 1991 года не только на власть, но и на народ, который, в отличие от 1917 года, не смог отстоять свой выбор, а проголосовал на референдуме и счёл свою миссию на этом выполненной. В начале 20 века у народа была структурная организация, которая смогла обеспечить победу, – это была община. К концу же советского периода стало ясно, что такой организации нет: на 20-миллионная КПСС, ни профсоюзы не смогли организовать сопротивление разрушителям страны.
В выступлениях ряда участников прозвучала мысль о том, что советскому народу в ходе психологической войны были искусственно внушены ложные потребности (пресловутые джинсы, магнитофоны и т.п.). Дефицит товаров, явно не входящих в число предметов первой необходимости, мешал людям видеть те социальные блага, которыми они реально располагали, и вёл к пассивному неприятию советского строя.
В завершающей части заседания участники обсудили перспективы дальнейшей работы клуба. Аспирант кафедры философии Байкальского государственного университета экономики и права Геннадий Сурдин заметил, что, несмотря на разные теоретические предпосылки, мы всё чаще в конечном счёте приходим к общим выводам. Формационный и цивилизационный подходы не исключают, а дополняют друг друга, верующий и атеист могут найти общий язык на базе общих ценностей патриотизма и социальной справедливости. Г. Сурдин призвал к активизации совместной теоретической работы, которая смогла бы объединить патриотическую оппозицию. И дискуссионный клуб мог бы стать в этой работе одной из точек накопления сил.
соб.корр.
